Библиотека
Исследователям Катынского дела

Борьба антифашистов под руководством КПГ против развязывания войны

Немецко-фашистским империалистам с помощью националистической и социальной демагогии, а также политики кровавого террора удалось развратить и увлечь в войну за осуществление своих бредовых планов завоевания мирового господства большую часть немецкого народа.

Однако в течение 12 лет господства фашизма в Германии рабочий класс, немецкие патриоты в условиях тяжелого подполья, несмотря на жестокие преследования, ни на один день не прекращали героической борьбы против фашизма, против его политики агрессии и войны. Сотни и тысячи лучших сынов и дочерей Германии до конца оставались верными великим революционным традициям своего народа, тысячи из них погибли в фашистских застенках, но борьба не прекращалась. Коммунистическая партия была единственной партией Германии, которая вела последовательную и самоотверженную борьбу против фашизма и его агрессивной политики и указывала немецкому народу путь создания миролюбивой, демократической Германии.

В настоящее время в целях реабилитации германского милитаризма буржуазные фальсификаторы истории пытаются опровергнуть подлинные факты истории Германии тех лет. Они извращают характер внутренних противоречий, существовавших в фашистском рейхе, отрицают наличие основного противоречия — между трудом и капиталом — и стремятся представить немецкий народ как какую-то безвольную толпу, которая покорно следовала за фашистскими «фюрерами» и во всем поддерживала их.

Стремясь оправдать германских монополистов, политиканов — генералов и дипломатов, реакционные историки преувеличивают и дополняют вымыслом имевшие место отдельные разногласия внутри и между этими группами правящей клики фашистской Германии по второстепенным, тактическим вопросам, пытаются выдать эти расхождения в гитлеровской верхушке за сопротивление «национальное, патриотическое», «единственно возможное» в условиях фашистской диктатуры. Извращая факты и документы, они пытаются всячески принизить роль народных масс, а военных преступников — монополистов, фашистских генералов, дипломатов и других палачей народов представить как врагов фашизма. Если они упоминают о деятельности подпольных коммунистических групп, то делают это только с той целью, чтобы оклеветать героев-антифашистов, спасавших честь немецкого рабочего класса, честь немецкой нации, принизить их героические дела1.

С точки зрения ряда буржуазных историков и публицистов, в условиях гитлеровской Германии антифашистское движение, борьба против политики милитаризации и войны с участием широких народных масс были невозможны. Западногерманский буржуазный историк Ганс Ротфельс называет героическую борьбу антифашистов, руководимых коммунистами, «немногочисленными драматическими эпизодами»2. Он считает, что «германская нация — это особая нация, со своеобразной реакционной философией» и что в связи с этим, по его мнению, в ней не могло возникнуть какой-либо серьезной массовой оппозиции господствовавшему режиму3.

Профессора Г. Мау, Г. Краусник утверждают, что «Гитлер пришел к власти 30 января 1933 г. в полном соответствии с конституцией», что это была «легальная» победа «немецкой оппозиции»4.

Западногерманский буржуазный историк В. Конце вопреки историческим фактам обвиняет коммунистов в том, что будто бы они являлись противниками единого рабочего фронта и тем самым способствовали приходу фашистов к власти5. В этой, как и в других работах буржуазных авторов, нет ни слова о подготовке фашистской диктатуры монополиями, о кровавом фашистском терроре, о раскольнической политике правых лидеров социал-демократов и о других причинах, способствовавших захвату власти гитлеровцами. Вопреки историческим фактам Мау и Краусник утверждают, что только так называемая верхушечная оппозиция была враждебно настроена против фашизма6. Авторы вовсе не упоминают о героической подпольной борьба коммунистов и других антифашистов за свержение гитлеровской диктатуры. В то же время широко рекламируется буржуазная оппозиция7. Военный преступник банкир Яльмар Шахт, которого реакционные историки также относят к числу участников буржуазной оппозиции, в своих мемуарах утверждает, что ответственность за установление фашистской диктатуры несут не монополии и юнкеры, «а те 14 с лишним миллионов избирателей, которые 31 июля 1932 г. отдали свои голоса Гитлеру, и никто другой»8. Г. Гизевиус в своих мемуарах утверждает, что «только с помощью армии можно было совершить путч, других средств не было»9. И далее, что «об использовании стачечного движения и возможности вызвать гражданскую войну не могло быть и речи»10.

По мнению бывшего профессора Фрейбургского университета Г. Риттера11, В. Шрамма12 и других реакционных историков, активность народных масс могла бы подорвать внутреннее единство Германии, нанести ей удар в спину, что является, по их мнению, особенно опасным в период войны. «В условиях войны, — пишет Риттер, — когда дело идет о судьбе страны, обязанностью немца является бороться не на жизнь, а на смерть, использовать все средства для победы». И далее: «Моральной обязанностью немца является при всех обстоятельствах не подрывать национального единства..., так как угроза свободы внутри страны дополняется угрозой потери внешней независимости»13

Этим фальшивым лозунгом так называемого национального единства в условиях агрессивной империалистической войны, требованием единства миллионов трудящихся, превращаемых гитлеровцами в послушное орудие монополий, в. пушечное мясо для приобретения чудовищных прибылей магнатами капитала, требованием единства сотен тысяч узников концентрационных лагерей и каторжных тюрем со своими кровавыми палачами Риттер и другие буржуазные историки пытаются обосновать лживый тезис о невозможности вовлечения широких народных масс в борьбу против фашизма и его захватнической политики.

Грязную клевету на героев-подполыциков возводит в своих мемуарах бывший резидент американской разведки в Европе Аллен Даллес. Оп доходит до того, что утверждает, будто бы в 1931 г. коммунисты совместно с фашистами свергли в Пруссии правительство, возглавляемое социал-демократом Отто Брауном, а потом «помогли фашистам разрушить Веймарскую республику»14.

Говоря о деятельности подпольных групп Сопротивления в Германии, руководимых коммунистами, Даллес, так же как и В. Шрамм, называет их «агентами Москвы», «шпионами». Риттер, говоря об участниках антифашистской организации (группа Шульце-Бойзена—Харнака), пишет, что будто эти герои-подпольщики ничего общего не имели с немецким движением Сопротивления, так как они «находились на службе вражеской стороны». Он стремится убедить читателей, что эта организация занималась только тем, что агитировала немецких солдат переходить на «сторону врага и стремилась передать врагу сведения секретного характера»15.

Риттер и другие реакционеры пытаются очернить героев-коммунистов, последовательно боровшихся за свержение фашистской диктатуры в Германии и предотвращение войны, за создание независимой, демократической, свободной Германии. В то же время лидеров буржуазно-генеральской оппозиции, вступивших в антинародный сговор с правительствами и разведками США и других империалистических держав, сговор, предусматривающий расчленение и закабаление немецкого народа иностранным империализмом, эти авторы объявляют «героями-патриотами».

Однако исторические факты опровергают эти измышления буржуазных историков. Установление кровавой террористической фашистской диктатуры стало для КПГ тяжелым испытанием. После провокационного поджога рейхстага фашистами были арестованы многие тысячи коммунистов, в том числе и председатель партии Эрнст Тельман.

В 1936 г. было арестовано 11687 коммунистов и 1374 социал-демократа, в 1937 г. — 8068 коммунистов и 733 социал-демократа. Многие из них были убиты16. Однако фашистам не удалось разбить или уничтожить КПГ. «В обстановке жесточайшего фашистского террора, преодолевая многие другие трудности, партия перешла на нелегальное положение и, верная принципам, которым она следовала со дня своего образования, мужественно продолжала свою борьбу за мир, демократию и социализм, за интересы немецкого рабочего класса и германской нации»17. Она продолжала борьбу за единство действий немецкого рабочего класса, за сплочение всех антифашистов в целях свержения гитлеровского режима.

Исключительно важное значение имело разоблачение Компартией классовой сущности фашистской диктатуры как агентуры наиболее шовинистической и агрессивной группировки финансового капитала.

Только в 1936 г. гестапо зарегистрировало около 1,5 млн нелегальных антифашистских изданий18.

КПГ в своих нелегальных изданиях разоблачала лживые пацифистские заявления Гитлера. Так, в нелегальной листовке одной из партийных организаций Рурской области в 1934 г. приводились конкретные факты, показывающие, как фашистское правительство осуществляет ускоренную подготовку войны19.

В другой нелегальной листовке партийной организации района Берлина Нейкельн, изданной в мае 1934 г., разоблачалась фашистская демагогия. В ней, в частности, говорилось, что целью строительства автострад являются не обеспечение занятости населения и ликвидация безработицы, как утверждала гитлеровская пропаганда, их сооружение служило в первую очередь целям подготовки войны20.

Нелегальные организации КПГ, созданные на военных предприятиях концернов Круппа, Боша, заводах «Юнкерс» в Дессау и других, на конкретных примерах показывали, как эти военно-промышленные концерны, переключившись на выпуск вооружения (самолетов, подводных лодок, авиационных бомб, химического оружия и др.), лихорадочными темпами приближали срок начала мировой войны.

«Вся экономика Германии, — говорилось в одной из листовок, изданной организацией коммунистов, — переключена на рельсы подготовки войны»21.

Накопленный опыт антифашистской борьбы позволил Коммунистической партии Германии внести ряд изменений в свою стратегию и тактику, исправить допущенные ошибки в проведении политики единого фронта. Эта новая антифашистская тактика была выработана IV Брюссельской конференцией КПГ, состоявшейся после VII конгресса Коминтерна в октябре 1935 г. Конференция указала, что целью антифашистской борьбы являются достижение единства рабочего класса и создание антифашистского Народного фронта, объединяющего всех противников Гитлера22.

После Брюссельской конференции усилилась борьба немецких антифашистов под руководством КПГ против военных приготовлений и первых агрессивных актов немецко-фашистских империалистов. Большое значение имело распространение антифашистских листовок в Германии, а также выступления руководящих деятелей КПГ по радио из Испании и других стран Европы для немецкого населения23.

В условиях, когда правительство фашистской Германии перешло к открытой агрессии в Европе и к подготовке войны, Коммунистическая партия Германии, проводя последовательную антифашистскую политику, приложила все усилия, чтобы разоблачить агрессивные планы германского фашизма и помешать развязыванию войны.

Тактика КПГ в связи с угрозой империалистической войны наиболее полно была сформулирована в решениях конференции Коммунистической партии Германии, состоявшейся в конце января — начале февраля 1939 г. близ Парижа, которая в целях конспирации была названа Бернской24. Руководствуясь положениями, выработанными Брюссельской конференцией 1935 г. и основанными на выводах VII конгресса Коминтерна, конференция обсудила положение в Германии и задачи партии. Конференция подчеркнула опасность новой мировой войны, главный поджигателем которой являлся немецкий фашизм25. Конференция отмечала недостатки в деятельности партии по созданию народного, антифашистского фронта и в организации народного движения против войны. Резолюция конференции гласила: «На Западе, как и на Востоке, гитлеровский фашизм создает положение, при котором со дня на день немецкий народ может быть ввергнут в военную катастрофу, в войну против мощного фронта всех народов, которым грозит агрессия Гитлера и держав «оси» или которые уже подверглись нападению»26.

Бернская конференция провозгласила борьбу за спасение нации, в связи с чем свержение Гитлера как главного поджигателя войны объявлялось национальным долгом всех немцев, важнейшей патриотической задачей. Конференция заклеймила антисоветскую политику гитлеровцев и мюнхенскую политику правителей Англии и Франции, стремившихся использовать германский фашизм в качестве жандарма Европы, в качестве основной ударной силы в борьбе с революционным и демократическим движением, а также для войны против Советского Союза. «Немецкий народ никогда не должен участвовать в войне против Советского Союза»27, — гласила резолюция конференции.

Призвав коммунистов к продолжению борьбы за народный антифашистский фронт, конференция разработала подробную программу важнейших мероприятий, которая должна была быть осуществлена в демократической республике. «В новой демократической республике, — говорилось в резолюции, — в противоположность Веймарской республике будут выкорчеваны все корни фашизма. С отчуждением собственности финансового монополистического капитала фашизм лишится своей материальной базы. В новой республике в противоположность Веймарской республике армия, полиция и административный аппарат станут надежными защитниками демократических свобод и демократических прав народа.

В новой демократической республике в противоположность Веймарской республике возьмет судьбу страны в свои руки не крупная буржуазия, которая под прикрытием коалиции с одной из рабочих партий посягала на экономические и политические права народа, а рабочий класс, преодолевший свой раскол и объединенный в народном фронте с крестьянством, мелкой буржуазией и интеллигенцией»28.

Это была программа Коммунистической партии в новых условиях борьбы.

Коммунистическая партия Германии решительно осудила новые акты агрессии в Европе, совершенные гитлеровцами весной 1939 г. В совместном воззвании центральных комитетов коммунистических партий Германии, Чехословакии и Австрии в апреле 1939 г. разоблачалась демагогия гитлеровцев о стремлении к объединению всех немцев в одной империи, с помощью которой они стремились замаскировать насильственное порабощение народов. В документе отмечалось, что насильственное включение в состав Германии Чехии, Моравии, населенных славянскими народами, показало всему миру, что целью гитлеровцев является захват и порабощение других народов и государств. В воззвании подчеркивалось, что захват Чехословакии, осуществленный германскими империалистами при содействии правительств Англии и Франции, усилил угрозу порабощения других народов германским фашизмом, приблизил возникновение мировой войны29. Воззвание призывало к объединению трудящихся Австрии, Чехословакии, Германии для борьбы за свержение общего врага — кровавого германского фашизма.

В мае 1939 г. в связи с заключением германо-итальянского военного союза («Стального пакта») коммунистические партии Германии и Италии опубликовали совместное обращение к трудящимся обеих стран. Они характеризовали его как военный союз, направленный против «свободы и независимости народов, для угнетения народов Германии, Италии, порабощения народов Абиссинии, Албании, Испании, Австрии, Чехословакии и др.».

В листовке отмечалось: «Немцы и итальянцы! Мы все несем ответственность за судьбы наших обеих стран и народов. В борьбе за наше освобождение мы прежде всего должны рассчитывать на собственные силы»30. Коммунистические партии призывали к сплочению народов Германии и Италии, к борьбе за ликвидацию военного союза этих стран, за свержение фашистской диктатуры Гитлера и Муссолини, за предотвращение развязывания мировой империалистической войны.

Выражая недовольство заключением германо-итальянского военного союза, рабочие, занятые на строительстве нового итальянского посольства в Берлине, прекратили работу. Только спустя неделю после вмешательства гестапо работы были возобновлены31.

В июне 1939 г. ЦК КПГ обратился с новой нелегальной листовкой к немецкому народу по гданьскому вопросу32. «Руки прочь от Данцига!», «Приморье является польской территорией», — говорилось в листовке. Коммунистическая партия призывала немецкий народ не допустить гитлеровской агрессии против Польши. Она горячо поддержала советско-германский пакт о ненападении. В обращении ЦК КПГ «О советско-германском договоре» от 25 августа 1939 г. говорилось: «Немецкий народ приветствует пакт о ненападении между Советским Союзом и Германией потому, что он хочет мира и видит в этом пакте успешный мирный шаг со стороны Советского Союза. Он приветствует этот пакт, как являющийся в отличие от союза Гитлера с Муссолини и японскими милитаристами, не орудием войны и империалистического насилия над другими народами, а пактом с целью сохранения мира между Германией и Советским Союзом»33. В конце августа 1939 г. в листовке, распространенной берлинскими коммунистами, говорилось: «...Мудрая миролюбивая политика Советского Союза сорвала планы французских и английских реакционеров и в то же время привела к краху «антикоминтерновский пакт...»34 Далее в листовке выражалась непреклонная воля немецких коммунистов к борьбе за мир, за свержение Гитлера и его пособников.

И хотя эти документы в то время не стали достоянием широких масс немецкого народа, они свидетельствовали о неизменной воле немецких коммунистов, об их непрекращающейся борьбе против фашизма и войны.

Накануне войны в связи с массовой принудительной мобилизацией населения на военные предприятия, в сельское хозяйство, на строительство укреплений и на другие работы военного характера наблюдалось увеличение случаев саботажа, дезертирства и других форм сопротивления.

Начальник генерального штаба армии генерал Гальдер в своем дневнике в записи от 31 августа 1939 г. сообщает о весьма скептическом отношении населения к «военным мероприятиям. Он признавал, что из всех мобилизованных в организацию Тодта на строительство военных укреплений «одна треть рабочих призвана (в армию); треть сбежала...» И далее: «Население относится ко всему почти безучастно. В прифронтовой полосе состояние подавленное»35.

Ведомство по труду вынуждено было направить специальные повестки для призыва молодежи на трудовую повинность.

В связи с финансовыми трудностями, переживаемыми Германией в 1939 г., уполномоченный по ценам фашистского правительства в ряде мест снизил заработную плату рабочих. На отдельных предприятиях рабочие оказали сопротивление этому наступлению правительства и предпринимателей на их и без того низкий жизненный уровень. Так, на предприятиях в округе Ганновер заработная плата была снижена на 20%. В знак протеста рабочие, как отмечалось в секретном правительственном документе, «устроили бунт». Лишь после прибытия отрядов гестапо сопротивление рабочих было подавлено36.

Хотя подобная форма сопротивления рабочих и не приняла массового характера, все же она свидетельствовала о наличии в германском народе значительных сил, враждебно относившихся к фашистскому режиму и его агрессивной внешней политике.

Германские антифашисты, действовавшие в глубоком подполье, создали ряд групп сопротивления, которые усилили свою деятельность в связи с приближением войны и сыграли важную роль в разоблачении преступной политики гитлеровцев, внесли свой вклад в дело ослабления военных усилий фашистской Германии.

Опасаясь возможных антивоенных выступлений антифашистов в связи с началом агрессивной войны, фашистские власти заранее предусматривали арест и заключение в концентрационные лагеря значительного числа немцев, подозреваемых в антифашистской деятельности. Например, как видно из секретного протокола заседания Имперского совета обороны от 23 июня 1939 г., на этом заседании, состоявшемся более чем за два месяца до начала войны с Польшей, рассматривался вопрос о превентивном аресте «большого количества людей» — антифашистов, о заключении их в тюрьмы, концентрационные лагеря и об отправке их на каторгу. «В концентрационных лагерях, — гласил протокол, — согласно сообщению имперского руководителя СС, — во время войны будет размещено большое количество людей. 20 000 заключенных будут заняты преимущественно в мастерских на территории концентрационных лагерей»37.

Эти данные подтверждаются записью в дневнике генерала Гальдера от 29 августа 1939 г. Подобно тому, как накануне других актов агрессии, когда по приказу начальника управления имперской безопасности Гейдриха проводились серии арестов среди немцев, недовольных преступной политикой фашистской клики, и на этот раз мобилизационным планом предусматривались: «Аресты, согласно картотеке А-1 (10 тыс. человек) 1-я очередь; (20 тыс. человек) 2-я очередь. В концентрационные лагеря»38.

Готовясь к войне, гитлеровцы создали ряд новых концентрационных лагерей на территории Германии. В 1937 г. в Тюрингии близ Веймара был создан огромный лагерь Бухенвальд; в 1938 г. в провинции Верхняя Австрия — Маутхаузен; в 1939 г. на осушенном болоте вблизи Берлина был создан женский концлагерь Равенсбрюк. К началу войны в Германии уже насчитывалось 6 крупных концентрационных лагерей39.

Накануне развязывания войны гитлеровцы усилили политику террора, особенно против коммунистов.

К началу войны Коммунистическая партия Германии потеряла около 60—70% своих членов. Всего в это время только к судебной ответственности было привлечено в Германии 225 тыс. человек, которые были приговорены к 600 тыс. годам тюремного заключения. Около 1 млн немцев были заключены фашистами на короткий или длительный срок в тюрьмы, концентрационные лагеря40, тысячи были казнены по приговорам фашистских судов.

Эти факты свидетельствуют о том, что сотни тысяч лучших представителей немецкого народа никогда не прекращали борьбу за жизненные интересы нации, против фашизма и войны.

Таким образом, вопреки утверждениям буржуазных фальсификаторов истории еще до начала войны в Германии немецкие коммунисты и примыкавшие к ним группы населения вели героическую подпольную борьбу против фашизма и его агрессивной политики.

Но, несмотря на героическую борьбу и многочисленные жертвы, Компартия Германии не могла подготовить массового, организованного выступления трудящихся и свергнуть фашистский режим, помешать гитлеровцам развязать мировую войну.

Ответственность за то, что в Германии накануне войны не возникло единого рабочего фронта, являющегося главным условием успеха в борьбе с фашизмом, несет правое руководство социал-демократической партии, прежде всего правление этой партии, находившееся в эмиграции и делавшее все, чтобы помешать установлению единого рабочего и широкого антифашистского фронта41.

Правые лидеры социал-демократии, несмотря на все возрастающую опасность войны, грозившей немецкому народу катастрофой, продолжали политику раскола рабочего движения и коалиции с буржуазией.

Гитлеровцам удалось отравить сознание значительной части немецкого народа ядом шовинизма и своей националистической и социальной демагогией. В этом им помогло также то обстоятельство, что Компартия Германии, находясь в глубоком подполье, не имела возможности организовать широкую контрпропаганду и разоблачить расовые, человеконенавистнические бредни фашистов.

Большую помощь в укреплении позиций гитлеровцев сыграли благоприятно складывающаяся для них в результате мюнхенской политики правительств западных держав международная обстановка, политическая и финансовая помощь, оказываемая им господствующими кругами западных держав.

Поощрение западными империалистами гитлеровской агрессии, безнаказанный захват Германией Саара, Рейнской области, введение всеобщей воинской повинности, интервенция в Испанию, аннексия Австрии, Чехословакии и другие агрессивные акты в Европе, отказ правительств западных держав от коллективных действий с СССР по обузданию агрессора давали основание гитлеровской шовинистической пропаганде утверждать, что «Гитлер все может», и создать у его сторонников иллюзию возможности легкого и быстрого осуществления авантюристических агрессивных планов фашистов.

Эти обстоятельства и привели к тому, что, несмотря на самоотверженность коммунистов, на поддержку их борьбы рядовыми членами социал-демократической партии, другими антифашистами, рабочий класс Германии в тот период не смог свергнуть господство фашизма и помешать германским империалистам развязать мировую войну.

Примечания

1. Бланк А.С. Адвокаты фашизма. М., 1974, с. 141—170.

2. Rohtfels H. Die deutsche Opposition gegen Hitler. Krefeld, 1947, S. 19.

3. Ibid, S. 21.

4. Mau H., Krausnick H. Deutsche Geschichte der jüngsten Vergangenheit. 1933—1945. Stuttgart, 1956, S. 15.

5. Conze W. Die deutsche Nation. Ergebnis der Geschichte. Göttingen, 1963, S. 245—249.

6. Mau H., Krausnick H. Op. cit, S. 37.

7. Салов В.И. Современная западногерманская историография. Некоторые проблемы новейшей истории. М, 1961; Мерцало в А.Н. Западногерманские историки и мемуаристы о второй мировой войне. М, 1967; Дякин В.С. «Век масс» и ответственность классов (Вопрос о классовой сущности фашизма в западногерманской историографии). Л., 1967; Рахшмир П.Ю. Эволюция буржуазной историографии германского фашизма. — Ежегодник германской истории. 1970. М, 1971.

8. Schacht H. Abrechnung mit Hitler. Hamburg—Stuttgart, 1948, S. 7.

9. Gisevius H. Bis zum bitteren Ende, Bd II. Zürich, 1947, S. 41.

10. Ibid, S. 60.

11. Ritter G. Karl Goerdeler und die deutsche Widerstandsbewegung. Stuttgart, 1956.

12. Schramm W. Verrat im zweiten Weltkrieg. München, 1967.

13. Ritter G. Op. cit, S. 105.

14. Dulles A. Germany's Underground. N. Y, 1947, p. 98.

15. Ritter G. Op. cit., S. 105.

16. Deutschland im zweiten Weltkrieg, Bd I. Berlin, 1975, S. 126.

17. Очерк истории немецкого рабочего движения. М., 1964, с. 140—141.

18. Deutschland im zweiten Weltkrieg, Bd I, S. 128.

19. Nietzsche H., Biernat K.H. Beispiele Kampfes der KPD gegen die faschistische Kriegsvorbereitung. — In: «Beiträge zur Geschichte der deutschen Arbeiterbewegung», 1959, № 3, S. 500.

20. Ibidem.

21. Ibid., S. 503.

22. Geschichte der deutschen Arbeiterbewegung, Bd IV, S. 123—129; см. также: Richter K. Der Kampf der Kommunistischen Internationale gegen die Agressionsakte des faschistischen Deutschlands (1936 — Sommer 1939). In: «Studien für Geschichte der Kommunistischen Internationale». Berlin, 1974, S. 343—344.

23. Ibid., S. 160.

24. Zur Geschichte der Kommunistischen Partei Deutschlands. Berlin, 1954, S. 387.

25. Ibidem.

26. Geschichte der deutschen Arbeiterbewegung, Bd V, S. 216; Die Berner Konferenz der KPD (30. Januar — 1. Februar 1939). Berlin, 1974, S. 117.

27. Zur Geschichte der Kommunistischen Partei Deutschlands, S. 386.

28. Zur Geschichte der Kommunistischen Partei Deutschlands, S. 386.

29. Ibid., S. 382.

30. Ibid., S. 404.

31. Schmidt W.A. Damit Deutschland lebe. Berlin, 1958, S. 79.

32. Zur Geschichte der Kommunistischen Partei Deutschlands, S. 405.

33. Цит. по: История второй мировой войны 1939—1945, т. II, с. 286.

34. Там же, с. 286—287.

35. Гальдер Ф. Военный дневник, т. I. М., 1968, с. 85.

36. Wirtschaftliche Lage Deutschlands in Jahre 1939. Berlin, 1939, S. 7—8.

37. Нюрнбергский процесс. Сборник материалов в семи томах, т. II, с. 88.

38. Гальдер Ф. Указ. соч., т. I, с. 80.

39. СС в действии. Документы о преступлениях СС, с. 221.

40. Geschichte der deutschen Arbeiterbewegung, Bd V, S. 235; Deutschland im zweiten Weltkrieg, Bd I, S. 126.

41. Geschichte der deutschen Arbeiterbewegung, Bd V, S. 230.

 
Яндекс.Метрика
© 2019 Библиотека. Исследователям Катынского дела.
Публикация материалов со сноской на источник.
На главную | Карта сайта | Ссылки | Контакты